Как главный музыкальный театр на Волге выжил вопреки цензуре и бомбёжкам

Занавес Волгоградского музыкального театра поднимется 11 сентября. Открывая тем самым юбилейный 95-й сезон.

За этой солидной цифрой скрывается невероятная судьба: от купеческих антреприз в саду «Конкордия» и выступлений перед бойцами в полуразрушенном Сталинграде до статуса главной музыкальной сцены города.

В преддверии юбилейного сезона мы решили перелистать самые яркие страницы истории театра, который всегда умел дарить людям праздник вопреки всему.

За что царицынские грузчики любили «неприличный» жанр

Оперетту в Царицыне любили всегда. Хоть и называли её немножко уничижительно: оперетка.

В начале XX века это был город купцов, заводов и весёлых грузчиков с волжских пристаней. Театральные представления здесь любили специфические — погорячее.

Картина первая. 1910-й год. Кабинет царицынского антрепренёра в горсаду «Конкордия». За столом сидит хмурый купец, перед ним —столичный режиссёр, отчаянно жестикулирующий.

— Поймите же! Мы должны везти сюда Чайковского, классическую драму! Просвещать публику! — горячится режиссёр.

— Классику свою в Петербурге ставь, мил человек, — отрезает купец. — Нам «Сильву» подавай! Да чтобы юбки повыше, да музыка погромче, и чтоб в финале все плакали, а потом плясали. Мой грузчик на Чайковском уснёт, а за оперетку три рубля в кассу принесёт!

И грузчики несли. Оперетта в Царицыне прижилась моментально потому, что была живой, дерзкой и немного «на грани». Как и сам город.

Вполне возможно, что вышеприведённого диалога и не было. Но кто сейчас может сказать точно? А поскольку мы пишем о театре, пусть и рассказ наш будет немного театрализованным.

Куплеты под подозрением

Не случайно картина первая у нас происходит в знаменитом царицынском саду «Конкордия», который уютно располагался на склонах реки Царицы. В те поры вольно бежавшей по дну глубокой балки. Именно в стенах «Конкордии» Сталинградский театр музыкальной комедии сыграл свой первый официальный спектакль – оперетту Николая Стрельникова «Холопка». Сюжет зрителю известен по советскому фильму «Крепостная актриса». Случилось знаменательное событие в ноябре 1932 года. 

Молодой театр заявил о себе громко, напористо. Премьера удалась на славу: зрители аплодировали стоя. В первый же сезон театр поставил тринадцать премьер, объездил с гастролями Москву, Киев и Харьков. Правда, биография старейшего музыкального театра на Волге начиналась не только под аплодисменты. 

Советская власть не очень жаловала лёгкий жанр. Страна пахала, строила, досрочно выполняла пятилетки под бодрящие марши, а тут лезли сомнительные куплетики, легкомысленные сюжеты, танцульки с – о ужас! – канканами. Страшно сказать – оперетта выводила на сцену представителей загнивающей буржуазии. Всё это было крайне подозрительно, с чем надлежало нещадно бороться. И ведь боролись.

Картина вторая. 1934-й год. Закулисье Сталинградского театра Музкомедии. Заслуженный артист, ещё не сняв грим старорежимного графа, судорожно курит у окна. К нему подходит инструктор райкома всесоюзной коммунистической партии большевиков.

– Товарищ артист, почему вы в третьем акте вздыхаете о потерянном имении с таким надрывом? – деловито интересуется он, засовывая руку под полу кожаной куртки. – Вы что, тоскуете по хрусту французской булки?

— Что вы, товарищ! — бледнеет заслуженный. — Я показываю загнивание их класса! Сатиру показываю! Я специально вздыхаю... фальшиво!

— Смотрите у меня. Нам нужна советская оперетта. Ты мне колхозы подавай, тракторы гони. Чтобы вместо вальса — марш энтузиастов!

Может показаться, что мы утрируем. Нисколько. Ну, может быть – чуть-чуть. По сути же – так и было. Однако же в те годы сформировался и любопытный парадокс: чем больше изощрялась в хуле идеологическая критика, тем активнее зритель шёл к кассам.

Театр, конечно, вынужден был выкручиваться. И всё же умудрялся сохранять шик классической оперетты, упаковывая её в правильные советские лозунги. И продолжал дарить людям праздник.

А потом грянуло 22 июня 1941 года.

Играть, пока не обрушится небо

Война застала театр на гастролях в Кирове. Вернулись домой, и двадцать шесть человек сразу ушли добровольцами на фронт. Самая трагическая и великая страница истории театра — Сталинградская битва. Артисты не уехали в тыл. Они играли до последнего.

Картина третья. Август 1942 года. Полуразрушенное здание театра. Слышен гул приближающихся самолётов. В подвале, переоборудованном под гримёрку, прима поправляет костюм. Вбегает администратор.

— Всем на выход! Налёт! Спектакль отменяется!

— Куда на выход? Как отменяется? — резко оборачивается актриса. — В зале бойцы, им завтра на передовую! Они три часа пешком шли, чтобы на нас посмотреть! Играем, чёрт побери!

23 августа 1942 года небо над Сталинградом раскололось. Беспрерывная бомбардировка продолжалась до 28 августа. Всё имущество театра сгорело в огне. От здания «Конкордии» остался каменный остов с характерным подковообразным залом. 

В конце августа коллективу удалось переправиться на левый берег Волги. Разделившись на две группы, люди двинулись в сторону Камышина — двести пятьдесят километров пешком. Потом — Казань, потом — Омск. 

И вот что поразительно: в Омске, в тяжелейших бытовых условиях, театр не просто выжил — он работал. 23 февраля 1943 года спектаклем «Свадьба в Малиновке» труппа возобновила деятельность. Сбор от первых десяти спектаклей и личные средства артистов коллектив направил на постройку самолёта «Сталинградский артист» для авиаэскадрильи «Героический Сталинград». 

Сталинградцам предложили остаться в Омске насовсем— создать на базе труппы музыкальный театр. И действительно, группа сталинградских актёров стала творческой базой для организации в 1946 году Омского государственного музыкального театра. Но как только пришло победное сообщение о разгроме фашистов на Волге, решение было единогласным: домой!

Первая бригада артистов прибыла в Сталинград в июне 1943 года. Полное возвращение произошло позже — через Астрахань и Камышин, где театр встретил Победу. И только к 7 ноября 1945 года труппа прибыла в Сталинград. 

Город лежал в руинах. Здания театра не было. И тогда Сталинградский тракторный завод отдал под театр отремонтированное здание клуба. Коллектив работал почти без выходных — давал спектакли, концерты в госпиталях, а потом вливался в черкасовские бригады и разбирал завалы. 

С тракторного завода — на Набережную

В 1952 году театр обрёл свой новый окончательный дом — на Центральной набережной. Здание, построенное в 1903 году как Общественное собрание Царицына, реконструировали. 

Шестидесятые и семидесятые — золотая эпоха. Вся страна знала: если новая советская оперетта должна родиться, она рождается здесь. С коллективом сотрудничали корифеи: Соловьёв-Седой, Семёнов, Цабадзе, Минх, Листов. 

В 1995 году театр получил статус музыкального — и это была не просто смена вывески. В репертуаре появились новые жанры. За свою историю театр осуществил более четырёхсот постановок и побывал на гастролях более чем в двухстах городах. 

В этом рассказе мы не стали называть имён, составивших славу волгоградского Музыкального театра, они все есть на сайте ВМТ, а наша статья должна всё-таки когда-нибудь заканчиваться.

Картина четвёртая. Свой юбилейный, 95-й сезон, театр открывает 11 сентября. Мюзиклом «Девчата» о любви, дружбе, о вере в светлое будущее. О том, что было актуально в прошлые годы. О том, что, кажется, не потеряет актуальности никогда.

Занавес поднимается…

Как и в ноябре тысяча девятьсот тридцать второго.