Царство муз и пристанище богов земных: приоткрываем тайны художественной мастерской, затерявшейся на ул. Мира

Здесь смешались кони, люди, помыслы и воистину безграничный талант

Волгоград – один из самых протяжённых городов России с многовековой историей и, естественно, изобилует знаковыми местами и известными улицами, чьи названия навсегда вписаны во все туристические путеводители. По праву возглавляет этот список улица Мира, которая одной из первых была восстановлена в послевоенном Сталинграде. Прогуляться здесь – ритуал всех уважающих себя туристов.

Пройтись любят многие, но заблудиться здесь, да так, чтобы целенаправленно и пожертвовав несколькими часами своего времени – единицы. А зря, ведь затерявшись промеж уютных советских двориков, можно наткнуться на удивительное место, равных которому, пожалуй, в нашем городе и не сыскать. Речь, конечно же, идёт о мастерской известного волгоградского художника Петра Чаплыгина, находящейся неподалёку от областной библиотеки им. Горького, на первом этаже жилого дома №13 по улице Мира.

Основавшись здесь на закате прошлого столетия, Пётр Иванович сотворил невозможное: соединив воедино талант, мастерство и дарованное свыше вдохновение, он, подобно Творцу в ту самую, первую седмицу, разрушил материю типовой советской квартиры, открыв портал в иную вселенную, в иной мир, где нашлось место и земным богам, некогда витавшим над Россией, и обнажённым нимфам, и даже целым эпохам.

Как и положено порталам в иные миры, вход в мастерскую маэстро предваряют массивные железные врата высотой порядка пяти метров. Увенчано сие творение горельефом, запечатлевшим лики российских правителей из династии Романовых. Безмолвные фигуры взирают с высоты на подходящих гостей, будто бы пронзая их насквозь взглядом и оценивая, достоин ли путник переступить порог охраняемой ими обители.

Чуть ниже литых образов распластался уникальный цветочный орнамент, где десятки штампованных болванок – по сути отходов промышленного производства – переливаются стальными лепестками неведомого растения. Эти соцветия – безмолвные свидетели эпохальных событий расцвета волгоградской промышленности, а также крушения советского строя.

Во второй половине 20 века город, прошедший через жернова Великой Отечественной войны, начал своё бурное развитие, активно прирастая не только жилой застройкой, но и промышленными объектами. Привнести культуру в восстанавливающийся Сталинград было поручено молодым художникам, съехавшимся сюда со всех уголков СССР. В их числе оказался и выпускник Московского государственного высшего художественно-промышленного училища Пётр Чаплыгин, впоследствии приложивший свою руку к созданию многих мозаичных произведений, украсивших сталинградские предприятия и не только их.

Одна из первых работ маэстро - мозаичное полотно размером свыше 200 кв. метров для Дворца культуры алюминиевого завода. Именно к этому периоду в жизни художника относятся штампованные болванки, использованные им для украшения мастерской.

Так что же скрывается за массивной чугунной дверью? Приоткрыв врата, перед взором удивлённого гостя предстают десятки картин, необычных статуэток самого разного размера, формы и стилистики, а также величавые бюсты и вписанные в арочные проёмы горельефы, с трудом вместившиеся в переоборудованную мансарду.

Зрелище для обывателя непередаваемое: сотни героев, не то сошедших со страниц учебника истории, не то покинувших какое-то художественное произведение, будто бы замерли, изо всех сил стараясь не выдать взору чужака какой-то большой секрет.

С трудом протиснувшись через армаду небольших статуэток и пышного бюста Екатерины II, мы попадаем в ещё одну комнату, где разместился самый центр этой вселенной, сердце мастерской волгоградского художника. Именно здесь в зримых образах воплощена история нашей страны, живописные виды Волгоградской области, и женщины, много-много женщин, которые в тот или иной момент жизни вдохновляли и продолжают вдохновлять маэстро.

В самом центре этой вселенной закономерно находится бюст самого Петра Ивановича. Изваяние – одна из крайних работ маэстро, в которой он запечатлел себя в юности.

- Как вы видите, здесь я ещё молодой, рожа была вон какая, здоровая, а сейчас немощная уже стала, - шутит Пётр Чаплыгин. - Здесь у меня на голове необычная шляпа. Именно в этом цилиндре я приехал в Волгоград. В советские времена подобные аксессуары были весьма редкими и такого головного убора в городе не было больше ни у кого.

С левой стороны, на полях шляпы художник разместил неведомо откуда возникающего жеребца, который словно пытается вырваться из композиции навстречу ошалевшему гостю. Этот символ, по замыслу автора, обозначает единение человека с природным естеством, которое на протяжении всей нашей жизни стремится взять верх над повседневной рациональностью и определяет многие из наших поступков.

Возвращаясь к тайной жизни постоянных обитателей этого удивительного мира - многие из них так и норовят последовать примеру рысака, регулярно пытаясь выбраться из мастерской наружу. Например, не так давно уют прилегающего внутреннего дворика стал охранять причудливый страж – памятник немецкой машинке «Зингер».

Однако, «сбежавшими» экспонатами обустройство дворика не ограничилось. Так, на углу здания маэстро соорудил уникальную композицию, созданную из отслужившего свой век водопроводного стояка. Арт-объект в виде огромного вазона, будто бы проросшего сквозь толщу фундамента прямиком из внутреннего мира, из той самой вселенной, которую несколько десятилетий создавал художник, теперь стал визитной карточкой дома №13 по улице Мира, собственно, как и сама мастерская художника.