Вот и не захочешь, а поневоле поверишь в конспирологию. То бишь, в наличие заговоров повсюду и везде. Как-то уж слишком кучкообразно и на один манер выплеснулись вдруг в медийное пространство огромные статьи о том, как Америка в 30-х годах прошлого века «сделала» для СССР всю индустриализацию. Будто именно она, сердешная, построила нам крупнейшие заводы и фабрики, оборудовав их современнейшими на тот момент станками и всякими иными приборами. В том числе, и Сталинградский тракторный. Слаженно и, как по заказу, брякнули эти публикации.
А, может, и впрямь – по заказу?
Рвали жилы, потому что верили!
Насчёт всей индустриализации говорить не будем – и без нас есть труды на эту тему. А вот с нашим тракторным давайте разберёмся. Говорить о том, что Америка чего-то нам построила – ересь, конечно. Государство тут не при делах. Действительную помощь оказали конкретные американские и другие иностранные фирмы. Одной из главных является компания знаменитого предпринимателя, индустриального архитектора Альберта Кана. Это она разработала проект, по которому строился СТЗ.
Станки и оборудование поставили 80 американских машиностроительных компаний и несколько германских фирм. На фото из
коллекций Александра Куликова хорошо видна иностранная маркировка этого оборудования. Помогали в запуске и обслуживании его на первых порах 370 американских специалистов.
Но главными всё-таки и на стройке, и в цехах оставались советские люди. Те самые парни и девушки, мужики и бабы, не щадившие себя в тяжком труде. Всякое бывало: и кнут посвистывал над ними, и пряничком потчевали. Однако ключевым тогда всё-таки было осознание нужности дела и самоощущение себя в нём, в достижении поставленной великой цели. Потому все привходящие обстоятельства отходили на второй план. Рвали жилы, потому что верили. И не их вина, что вера эта была потом безжалостно раздавлена и убита.
Большой вопрос: кто кому помогал
А вообще-то – большой вопрос: кто кому помогал. Если кто-то думает, что все эти поставки, проекты дарились молодой Республике просто за красивые глаза, тот таки очень и очень ошибается. Деньжищи с нас драли громадные. Тот же Альберт Кан получил за заказ, по его же признанию, два миллиона долларов. В переводе на нынешние масштабы это совершенно сумасшедшие деньги.
Не будем забывать, что в 30-х годах в Европе и Америке бушевал кризис, так называемая «великая депрессия». Миллионы безработных были выброшены на улицу. Многие из них нашли кров, работу и пристанище в СССР. Много их было и среди прибывших в Сталинград специалистов. Для них строились специальные дома с отдельными квартирами, где им помогали вести хозяйство домработницы. Наверное, по совместительству, сотрудницы ЧК, но ведь это – дело житейское, как говорил Карлссон, который живёт на крыше. Были у американцев и свои магазины, куда наших работяг не пускали и на порог.
Надо признать, работали американцы на совесть. Многие получили даже советские награды. Франк Бруно Хоней, наладивший пружинное дело на заводе, был даже отмечен высшей наградой страны: орденом Ленина. Его превратили в своеобразную икону, превозносили в газетах, рассказывали по радио, возили по стране. В конце концов, товарищ Хоней настолько разлакомился настигшей славой, что стал советским гражданином. И написал книгу «Я уехал из Америки», зачисленную в бестселлеры, но безнадёжно потерявшуюся во времени. Правда, жена не разделила его восторгов и, захватив детей, рванула назад, в родную Америку. Хоней пытался два раза утешиться с советскими жёнами, но оба брака потерпели неудачу.
Ай-я-я-я-я-я-яй, избили негра!
Кстати сказать, именно Хоней предупредил рабочего Роберта Робинсона, что его собираются избить. Свои же коллеги. Дело заключалось в том, что Робинсон был единственным чернокожим в колонии, а нынешней толерантности тогда не было и в помине. Предупреждение помогло мало: Робинсону всё же наваляли люлей белокожие американцы Луис и Браун. Затеялось судебное дело. На защиту угнетённого расистами негра встала вся советская страна. Зашумели газеты, подняв волну под девизом «не допустим в СССР нравов буржуазной Америки».
В Сталинграде в августе 1930 года состоялся суд. Выступили 10 обвинителей. Процесс получил политическую окраску и транслировался по радио во всех общежитиях и бараках СТЗ. Суд приговорил Луиса и Брауна к двум годам лишения свободы, однако приняв во внимание, что «расовая вражда была привита им в силу капиталистической системы эксплуатации низших рас», заменил высылкой за пределы СССР.
Сам Роберт Робинсон вскоре переехал в Москву, работал на подшипниковом заводе, избрался даже депутатом Моссовета. Принял советское гражданство, но затем гордо отказался от него и в 1974 году покинул СССР. Такие вот случались истории – почище сериальных.
Умел выдать метафору товарищ Сталин!
Пуск тракторного завода состоялся 17 июня 1930 года. Гости собрались из многих городов и республик Советского Союза. Директор завода Василий Иванов зачитал приветствие товарища Сталина: «Привет и поздравление с победой рабочим и руководящему составу первого в СССР краснознамённого тракторного гиганта. 50 тысяч тракторов, которые вы должны давать стране ежегодно, есть 50 тысяч снарядов, взрывающих старый буржуазный мир и прокладывающих дорогу новому, социалистическому укладу в деревне».
Ничего не скажешь, умел выдать метафору вождь трудящихся. На его приветствие тут же был дан ответ: «Пролетарии Тракторостроя — рабочие и инженеры, спаянные единой волей, дают клятвенное обещание довести начатое дело до конца. Нашими тракторами-снарядами будем взрывать остатки буржуазного мира и строить социалистическое хозяйство».
Как видим, без особых метафор, но – живенько.
Заводу присвоили имя Феликса Дзержинского. Первый опытный трактор СТЗ был отправлен в Москву. Москвичи встретили его со знамёнами, оркестрами, он торжественно проследовал к зданию ВСНХ, к Наркомзему СССР, а потом на Красную площадь и в Кремль, где проходил очередной съезд партии большевиков.
Ведь вот как много напомнили событий и всколыхнули мыслей по их поводу уникальные фотографии коллекций Александра Куликова. Сколько же пережили, сколько перестрадали наши отцы и деды! Всё вынесли, всё преодолели.
С пуском завода ничего ещё не закончилось. Наоборот, всё только начиналось. В невероятном напряжении, зачастую в невыносимых условиях завод набирал обороты. Но это – уже тема отдельного рассказа.
Конечно построили волгоградцы: сохой и кривыми руками.