Права покупателя были восстановлены на дне мусорного бака
13 июля 2018, 16:32
А и спасибо же коммунальщикам!
А и спасибо же коммунальщикам! Благодаря им, я смог вернуть кровные свои денежки, заработанные неимоверным трудом. А также укорить гордыню продавцов, наплевавших на права потребителя. То бишь, и на мои собственные.
Но – обо всём по порядку.
Но – обо всём по порядку.
В магазине «Теле-2» на Аллее Героев (запомните адрес, чтобы пореже заходить сюда) за 1890 рублей я приобрёл карту памяти для планшета. Запускать её в работу стал пробовать на следующий день утром, тогда и выяснилось, что карта – бракованная. То есть, не фурычила совсем.
Такое бывает, к сожалению. Отправился снова в тот же магазин (вы помните, куда не надо заходить: «Теле-2» на Аллее Героев). Девушка Лена, проверив злополучную карту, согласилась с моими выводами и, мило округлив губки, спросила:
– А где коробочка?
В ходе дальнейшего диалога выяснилось, что под «коробочкой» подразумевался картонный пакет, в котором хранилась гадская карта памяти. Каковой был мною изорван при вскрытии.
– Без коробочки нельзя, – сказала девушка Лена.
– Да почему же нельзя? – изумился я. – Дайте мне другую карту памяти, а в пакетик (я упорно не соглашался называть упаковочную тару благородным термином «коробочка») из-под неё положите бракованную, и все будут довольны.
Девушка Лена глубоко задумалась, потом в её прекрасных, диковинного разреза глазах блеснула решимость, она взяла телефонную трубку.
– Наташа, это Лена, – сказала она невидимой собеседнице. – Тут покупатель хочет вернуть брак, а коробочки нет. Что делать?
Она выслушала ответ, кивнула головой и сказала мне безапелляционно:
– Без коробочки нельзя!
– И что же мне делать?
– Без коробочки нельзя!
– Выходит, я подарил вашему магазину почти две тысячи рублей?
– Без коробочки нельзя!
Ну, не драться же с ней, с красивой. Пришлось прибегнуть к сильному, как мне казалось, средству:
– Тогда я позвоню сейчас в Роспотребнадзор.
Реакция оказалась совсем не такой, на какую я рассчитывал. В прекрасных глазах девушки Лены мелькнуло что-то вроде жалости к побеждённому, она торжественно продиктовала номер названной организации. И я будто услышал её внутренний голос: «Звони, звони, дурачок. Напугал старуху видом обнажённого тела». Отступать было нельзя, чтобы не потерять достоинства мужчины и потребителя. Позвонил. Занято. Позвонил ещё раз. Занято. Занято. Длинные гудки. Занято. Длинные гудки. Занято. Позвонил жене:
– Ты видела картонный такой пакетик у меня на столе? Разорванный такой?
– Выкинула, и мусор уже вынесла.
– Куда-а-а?!
– В мусорный бак, куда ещё?
– Какого цвета пакет с мусором?
– Зелёный, кажется. Да он там один, на дне лежит. А что случилось?
Ха, что случилось? Случилось, что мои 1890 рублей практически лежат на дне мусорного бака, и мне необходимо их оттуда как можно быстрее выковырять. Приедут коммунальщики за мусором – и аля-улю, улетит мой пакетик, а с ним и денежки.
Наш пакет в самом деле оказался на дне бака. Только за то время, пока я бегал туда-сюда, окрестные жители нанесли свои пакеты, и я долго раскидывал пахучие упаковки, пока добрался до своей зеленой. Мне всегда казалось, что мусорные баки не очень высокие. Но выяснилось, что до дна просто так не добраться, пришлось почти с головой залезть в смрадное нутро. Туда до меня донёсся женский голос с сочувственными интонациями:
– Что, милый, водочку попиваешь? По мусоркам-то лазишь…
И в это время я увидел свой пакетик. Счастливый, вылез на белый свет, прямо пред очи пожилой женщины. Судя по всему, она и интересовалась моими пристрастиями.
– Бывает, попиваю, – не стал я врать. – Но сейчас уже редко.
– Оно и видно, – осуждающе сказала женщина. – А с виду, вроде, приличный человек. Пойдём ко мне, что ли, покормлю тебя. У меня пирожки с капустой приготовлены.
Это было сильное предложение, но я сумел себя перебороть. Уж очень досаждали приобретённые запахи. Дома я долго отмывался в душе, вылив на себя все благоухания, до которых дотянулся. Распаренный, размякший набрал наудачу номер телефона Роспотребнадзора. И в который раз уверился, что, если уж повезёт, то надолго. Мне ответили!
– Ну, какая может быть коробочка? – устало сказала мне женщина на том конце эфира. – Упаковка требуется при возврате товара надлежащего качества. То есть, если вы возвращаете годный товар. У вас же товар оказался ненадлежащего качества. То есть, просто брак. А потому никаких коробочек не нужно. Вам обязаны либо заменить товар, либо возвратить деньги даже без чека.
– И что делать?
– Идти в магазин, писать претензию.
– А если они откажутся её удовлетворить, снова обращаться к вам?
– Ну, можно и к нам, – неуверенно ответила женщина, – но лучше идите в суд.
В магазин я, конечно, уже не пошёл. Хватило впечатлений на весь день, чтобы ещё их усугублять. Ночью мне снились шеренги продавцов, с мобильными телефонами наперевес идущих в наступ на кучку дрожащих покупателей. Те жалобно мявкали и пытались закрыться синенькими книжечками – Законом о защите прав потребителей.
Утром, когда я вновь шёл в магазинчик (противный адрес не повторяю), всё твердил про себя победную речь, которую произнесу перед девушкой Леной, как она будет, чуть не плача, просить прощения, ломать руки, как станет проклинать руководительницу Наташу, не знающую азов о правах потребителей, как…
Тут моё распалённое воображение дало сбой и улетучилось напрочь. За прилавком стояла тоже прекрасная, но совсем другая, девушка, на её бейджике было начертано чудное имя Диана. Мои обличительные речи накрылись медным тазом. Диана, завидев рваный, помятый, всё ещё резко пахнущий пакетик, без звука вернула мне деньги.
Вот, вроде, всё закончилось хорошо. А на душе кошки поскрёбывают. Ну, а если бы не нашёл я ту треклятую коробочку? Если бы наши коммунальщики оказались расторопней и вывезли бы мусор? Что – идти в суд? Ага, мне прямо больше делать нечего, как таскаться по судам. Это у них – у торговцев – для таких ситуаций есть специальные люди, которым судебные пробеги с барьерами в радость и обязанность, а нам, трудящимся элементам, недосуг ведь.
Да и потом, если я прав по закону, почему я-то должен доказывать, что не верблюд, а в очень даже законном праве? Почему та же девушка Лена выполняла не требования закона, а невежественные, неправильные, незаконные указания руководительницы Наташи? И ни капельки не боялась? Что же это за закон, что же это за защита и что же это за права, когда на них может смело начихать любой продавец, пусть даже и с прекрасными глазами? Выходит, на практике мы, потребители, получаемся очень даже беззащитными. Права, вроде как, имеются, а воспользоваться ими невозможно. Как у той коровы из старого анекдота, которая может съисть и два пуда пахучего сена, только кто ж ей дасть?
Как хотите, но, ей-Богу, пора уже выпускать и принимать законы, которые бы действовали. Ясные, понятные, сопровождаемые санкцией за их игнорирование. Что-то вроде: «За неисполнение пункта такого-то виновный будет выпорот на месте, с последующим посыпанием ран поваренной солью». Можно, впрочем, узаконить и другие санкции. Но они необходимы! Потребитель должен быть наделён презумпцией невиновности. То есть, торговцы должны доказывать свою правоту, а не покупатели. Клиент – всегда прав!
Так было когда-то в России, так есть во всех цивилизованных странах. Так должно быть у нас.
Хотя бы для того, чтобы не лазить за коробочками в мусорные баки.
Такое бывает, к сожалению. Отправился снова в тот же магазин (вы помните, куда не надо заходить: «Теле-2» на Аллее Героев). Девушка Лена, проверив злополучную карту, согласилась с моими выводами и, мило округлив губки, спросила:
– А где коробочка?
В ходе дальнейшего диалога выяснилось, что под «коробочкой» подразумевался картонный пакет, в котором хранилась гадская карта памяти. Каковой был мною изорван при вскрытии.
– Без коробочки нельзя, – сказала девушка Лена.
– Да почему же нельзя? – изумился я. – Дайте мне другую карту памяти, а в пакетик (я упорно не соглашался называть упаковочную тару благородным термином «коробочка») из-под неё положите бракованную, и все будут довольны.
Девушка Лена глубоко задумалась, потом в её прекрасных, диковинного разреза глазах блеснула решимость, она взяла телефонную трубку.
– Наташа, это Лена, – сказала она невидимой собеседнице. – Тут покупатель хочет вернуть брак, а коробочки нет. Что делать?
Она выслушала ответ, кивнула головой и сказала мне безапелляционно:
– Без коробочки нельзя!
– И что же мне делать?
– Без коробочки нельзя!
– Выходит, я подарил вашему магазину почти две тысячи рублей?
– Без коробочки нельзя!
Ну, не драться же с ней, с красивой. Пришлось прибегнуть к сильному, как мне казалось, средству:
– Тогда я позвоню сейчас в Роспотребнадзор.
Реакция оказалась совсем не такой, на какую я рассчитывал. В прекрасных глазах девушки Лены мелькнуло что-то вроде жалости к побеждённому, она торжественно продиктовала номер названной организации. И я будто услышал её внутренний голос: «Звони, звони, дурачок. Напугал старуху видом обнажённого тела». Отступать было нельзя, чтобы не потерять достоинства мужчины и потребителя. Позвонил. Занято. Позвонил ещё раз. Занято. Занято. Длинные гудки. Занято. Длинные гудки. Занято. Позвонил жене:
– Ты видела картонный такой пакетик у меня на столе? Разорванный такой?
– Выкинула, и мусор уже вынесла.
– Куда-а-а?!
– В мусорный бак, куда ещё?
– Какого цвета пакет с мусором?
– Зелёный, кажется. Да он там один, на дне лежит. А что случилось?
Ха, что случилось? Случилось, что мои 1890 рублей практически лежат на дне мусорного бака, и мне необходимо их оттуда как можно быстрее выковырять. Приедут коммунальщики за мусором – и аля-улю, улетит мой пакетик, а с ним и денежки.
Наш пакет в самом деле оказался на дне бака. Только за то время, пока я бегал туда-сюда, окрестные жители нанесли свои пакеты, и я долго раскидывал пахучие упаковки, пока добрался до своей зеленой. Мне всегда казалось, что мусорные баки не очень высокие. Но выяснилось, что до дна просто так не добраться, пришлось почти с головой залезть в смрадное нутро. Туда до меня донёсся женский голос с сочувственными интонациями:
– Что, милый, водочку попиваешь? По мусоркам-то лазишь…
И в это время я увидел свой пакетик. Счастливый, вылез на белый свет, прямо пред очи пожилой женщины. Судя по всему, она и интересовалась моими пристрастиями.
– Бывает, попиваю, – не стал я врать. – Но сейчас уже редко.
– Оно и видно, – осуждающе сказала женщина. – А с виду, вроде, приличный человек. Пойдём ко мне, что ли, покормлю тебя. У меня пирожки с капустой приготовлены.
Это было сильное предложение, но я сумел себя перебороть. Уж очень досаждали приобретённые запахи. Дома я долго отмывался в душе, вылив на себя все благоухания, до которых дотянулся. Распаренный, размякший набрал наудачу номер телефона Роспотребнадзора. И в который раз уверился, что, если уж повезёт, то надолго. Мне ответили!
– Ну, какая может быть коробочка? – устало сказала мне женщина на том конце эфира. – Упаковка требуется при возврате товара надлежащего качества. То есть, если вы возвращаете годный товар. У вас же товар оказался ненадлежащего качества. То есть, просто брак. А потому никаких коробочек не нужно. Вам обязаны либо заменить товар, либо возвратить деньги даже без чека.
– И что делать?
– Идти в магазин, писать претензию.
– А если они откажутся её удовлетворить, снова обращаться к вам?
– Ну, можно и к нам, – неуверенно ответила женщина, – но лучше идите в суд.
В магазин я, конечно, уже не пошёл. Хватило впечатлений на весь день, чтобы ещё их усугублять. Ночью мне снились шеренги продавцов, с мобильными телефонами наперевес идущих в наступ на кучку дрожащих покупателей. Те жалобно мявкали и пытались закрыться синенькими книжечками – Законом о защите прав потребителей.
Утром, когда я вновь шёл в магазинчик (противный адрес не повторяю), всё твердил про себя победную речь, которую произнесу перед девушкой Леной, как она будет, чуть не плача, просить прощения, ломать руки, как станет проклинать руководительницу Наташу, не знающую азов о правах потребителей, как…
Тут моё распалённое воображение дало сбой и улетучилось напрочь. За прилавком стояла тоже прекрасная, но совсем другая, девушка, на её бейджике было начертано чудное имя Диана. Мои обличительные речи накрылись медным тазом. Диана, завидев рваный, помятый, всё ещё резко пахнущий пакетик, без звука вернула мне деньги.
Вот, вроде, всё закончилось хорошо. А на душе кошки поскрёбывают. Ну, а если бы не нашёл я ту треклятую коробочку? Если бы наши коммунальщики оказались расторопней и вывезли бы мусор? Что – идти в суд? Ага, мне прямо больше делать нечего, как таскаться по судам. Это у них – у торговцев – для таких ситуаций есть специальные люди, которым судебные пробеги с барьерами в радость и обязанность, а нам, трудящимся элементам, недосуг ведь.
Да и потом, если я прав по закону, почему я-то должен доказывать, что не верблюд, а в очень даже законном праве? Почему та же девушка Лена выполняла не требования закона, а невежественные, неправильные, незаконные указания руководительницы Наташи? И ни капельки не боялась? Что же это за закон, что же это за защита и что же это за права, когда на них может смело начихать любой продавец, пусть даже и с прекрасными глазами? Выходит, на практике мы, потребители, получаемся очень даже беззащитными. Права, вроде как, имеются, а воспользоваться ими невозможно. Как у той коровы из старого анекдота, которая может съисть и два пуда пахучего сена, только кто ж ей дасть?
Как хотите, но, ей-Богу, пора уже выпускать и принимать законы, которые бы действовали. Ясные, понятные, сопровождаемые санкцией за их игнорирование. Что-то вроде: «За неисполнение пункта такого-то виновный будет выпорот на месте, с последующим посыпанием ран поваренной солью». Можно, впрочем, узаконить и другие санкции. Но они необходимы! Потребитель должен быть наделён презумпцией невиновности. То есть, торговцы должны доказывать свою правоту, а не покупатели. Клиент – всегда прав!
Так было когда-то в России, так есть во всех цивилизованных странах. Так должно быть у нас.
Хотя бы для того, чтобы не лазить за коробочками в мусорные баки.
13 июля 2018, 16:32
Интересное 
